Двадцать пятая годовщина терактов 11 сентября прошла в США на удивление тихо. Не было ни прежней патриотической истерии, ни меди пожарных оркестров, ни пафоса официозных мероприятий. Девиз «We will never forget», провозглашённый 25 лет назад, окончательно выдохся. Без лишнего шума — как в один день в аэропортах перестали снимать обувь на досмотре.
Да и что лишний раз бередить раны, вспоминая неудачи объявленной войны с терроризмом?! Талибан, который вроде бы загнали в глубь пещер Тора-Бора, снова правит в Афганистане, вчерашние члены «Аль-Каиды» представляют прозападное сирийское правительство, Усама вроде и лежит на дне океана, убитый американским спецназом, вот только кто, кроме спецназовцев, видал того Усаму. Ибо на суд его так и не привезли — ни в Вашингтон, ни в Нью-Йорк, как президента Мадуро.
Траурная церемония памяти жертв теракта на Ground Zero в Нью-Йорке, разумеется, состоялась, но прошла без помпы. Организаторы подчёркнуто дистанцировались от политики, сведя ритуал к чтению имён погибших. Дональд Трамп, которого это правило лишило возможности пропиарить свою иранскую военную кампанию, туда вообще не приехал. Он предпочёл Пентагон, куда тоже влетел самолёт и где тоже погибли люди, — и где его месседжи встречали с бо́льшим энтузиазмом.
Упомянутого энтузиазма, впрочем, не хватило даже на скромный пост в X и Truth Social — официальные президентские аккаунты вообще проигнорировали дату. Заклятые же противники Трампа из Гарварда пошли ещё дальше. Вечером 11 сентября они устроили на университетском спортивном поле Охири масштабное развлекательное шоу дронов в китайском стиле. Рой из 1200 машин рисовал в ночном небе Бостона мультяшных пришельцев-инопланетян. К памятным мероприятиям это не имело никакого отношения и называлось «Space Chase».
Словом, жизнь продолжается, а с ней и шоу. Возникает стойкое ощущение: страницу 11 сентября решено попросту закрыть. Ритм и дух современной эпохи задают другие даты, и для американцев это 7 октября. Ведь именно к этой дате привязана главная военная кампания Трампа.
Тем временем сам Дональд Трамп в аккурат 11 сентября разразился в соцсетях яростной тирадой: «Америка никогда не будет коммунистической» (будто бы к тому есть какие-то предпосылки). Коммунизм он объявил абсолютным злом. На смену старому экзистенциальному врагу — радикальному исламу — назначен новый. И враг этот внутренний. Ибо коммунизм — это не Китай, обгоняющий США благодаря более эффективной экономической модели, а член Демократической партии, критикующий Дональда Трампа за войну в Иране и прочие дипломатические хулиганства вроде похищения президента Венесуэлы Николаса Мадуро или угроз Канаде и Дании.
«Коммунизм» в контексте Трампа и его единомышленников (от аргентинского либертарианца Хавьера Милея до европейских ультраправых) — это вовсе не геополитическое противостояние с КНР. Под этим зонтичным ярлыком скрывается самая масштабная в истории Запада атака на любую социальную политику, будь то государственная медицина или субсидии бедным. Цель этой риторики — вытравить из сознания граждан саму мысль о том, что помогать слабым необходимо. Сострадание объявляется слабостью, солидарность — пережитком, а эмпатия к уязвимым группам — угрозой национальной безопасности.
Здесь невозможно не вспомнить свежую статью историка Тимоти Снайдера. Его главный тезис звучит как приговор: террористы 11 сентября победили, потому что изменили сам образ мысли Запада. Разрушив башни, они заставили Америку в панике отказаться от собственных свобод, развернуть тотальную слежку и создать пыточные тюрьмы. Снайдер прав в главном: именно эта 25-летняя деградация гуманистических ценностей, взращённая на страхе, подготовила почву для нынешних ультраправых.
Впрочем, и сам Снайдер, при всей своей проницательности, остаётся заложником системного лицемерия. Сетуя на разрушение западных идеалов, он в упор не замечает, как сам же годами оправдывает и поддерживает откровенно ультраправые, ксенофобские силы в Украине, если те вписываются в текущую геополитическую повестку Вашингтона. Ценности Запада, оказывается, пластичны.
И это подводит к главному, неудобному вопросу: а кто эти «террористы» вообще? Как получается, что вчерашнее «абсолютное зло» с удивительной лёгкостью превращается в тактического союзника? Достаточно вспомнить, как западные спецслужбы закрывали глаза на радикалов (а порой и подкармливали их), когда дело касалось свержения светских арабских лидеров — от Саддама Хусейна до Муаммара Каддафи, — которые как раз и представляли левый, социалистический фланг арабской политики. Посмотрите, как сегодня мировые столицы заискивающе принимают делегации Талибана, стремясь договориться о транзите и ресурсах. Внезапно «террористическая угроза» растворилась в воздухе для всех, кроме, пожалуй, Таджикистана, вынужденного в одиночку держать южный рубеж светского пространства.
Итог этой эволюции циничен и прост. Страница 11 сентября закрыта, потому что старый враг отработал свой ресурс и был частично легализован, а частично перекрашен. Вечных врагов не бывает, как не бывает и вечных друзей. У «новых правых» вечны только интересы — да и те, как показывает практика, длятся лишь до следующего электорального цикла.
